Примение аналогии норм в трудовом праве

Аналогия гражданского права в трудовом законодательстве рф

Примение аналогии норм в трудовом праве

АНАЛОГИЯ  ГРАЖДАНСКОГО  ПРАВА  В  ТРУДОВОМ  ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ  РФ

Тарасова  Анастасия  Сергеевна

студент  2  курса,  кафедра  трудового  права,  РФ,  г.  Саратов

Email:  anastasiya.sergeevna.1995.02@mail.ru

Шестеряков  Игорь  Александрович

научный  руководитель,  канд.  юрид.  наук,  доцент  кафедры  трудового  права  ФГБОУ  ВПО  «Саратовская  государственная  юридическая  академия»,  РФ,  г.  Саратов

Возможно  ли  применение  к  трудовым  правоотношениям  кроме  трудового  законодательства  гражданское  право?  Данный  вопрос  носит  весьма  дискуссионный  характер.  Ученые  выдвигают  различные  предположения  по  поводу  этого  вопроса.  В  основном  выделяется  3  разнообразных  подхода.

  Первый  подход  –  гражданское  право  не  регулирует  трудовые  отношения,  поскольку  имеется  Трудовой  кодекс  РФ  и  законом  это  прямо  не  предусматривается.  Второй  подход  —  гражданское  право  имеет  приоритет  над  трудовым  законодательством  и  регулирует  трудовые  отношения.

  Третий  подход  —  гражданское  право  регулирует  трудовые  отношения  в  порядке  межотраслевой  аналогии  закона  только  в  случае  пробела  в  трудовом  праве  и  с  иными  ограничениями  [1,  с.  23].  Нормы,  закрепленные  в  ТК  РФ  применяются  при  разрешении  возникших  трудовых  споров.

  Но  при  пробеле  в  трудовом  законодательстве  можно  ли  применять  аналогию  права?  В  ст.  5  ТК  РФ  не  говорится  о  нормах  гражданского  законодательства,  в  свою  очередь  в  ст.

  3  ГК  РФ  не  упоминается  о  том,  что  ГК  РФ  каким-либо  образом  регулирует  трудовые  правоотношения. 

В  трудовом  праве  «выводы  по  аналогии»  позволяют  наиболее  полно  уяснить  относительную  повторяемость,  взаимосвязанность,  взаимообусловленность  общественных  отношений,  которые  регулируются  сходным  образом.

  «Аналогия»  —  в  логике  трактуется  как  умозаключение,  в  котором  в  случае  сходства  предметов  в  одних  признаках  происходит  заключение  вывода  о  том,  что  данные  предметы  схожи  и  в  других  признаках.

  Следовательно,  суть  применения  права  по  аналогии  состоит  в  выработке  умозаключения,  согласно  которому  в  результате  сходства  в  одних  признаках  общественных  отношений  делается  вывод  о  возможности  их  регулирования  аналогичным  образом.

  Соответственно,  при  рассмотрении  трудового  спора  по  аналогии,  орган,  разрешающий  трудовой  спор:  должен  определить  степень  сходства  данных  общественных  отношений,  которые  регулируются  правом,  с  трудовыми  правоотношениями,  подлежащими  регулированию  в  данном  деле,  а  также  выработать  и  применить  правоположение  на  основе  имеющегося  права.

Выработанный  судом  акт  толкования,  безусловно,  не  обязателен  для  других  судов,  его  применение  при  рассмотрении  других  дел  возможно  при  условии  его  теоретической  аргументированности  и  убедительности.

  Необходимо  заметить,  что  при  установлении  большего  числа  сходных  признаков  общественных  отношений  степень  убедительности  и  аргументированности  выработанного  акта  толкования  повышается  [2,  с.  50—51].

Действительно,  затрагивая  данную  тему  мы  ясно  отдаём  себе  отчет  в  том,  что  эта  проблема  является  актуальной  в  настоящее  время.  Чтобы  разобрать  её  более  подробно  следует  рассмотреть  реальный  пример  из  жизни,  описывающийся  Б.А.  Гороховым  в  своей  работе  [3,  с.  22—23,  25,  27].

  Этот  спор  непосредственно  касается  «пробелов»  в  трудовом  праве.  Так  На  предприятии  «Ямалтрансгаз»  у  заместителя  генерального  директора  по  экономике  действие  трудового  договора  подходит  к  концу,  но  ему  необходимо  его  продлить,  так  как  до  выхода  на  пенсию  ему  остаётся  проработать  всего  лишь  пять  лет.

  В  связи  с  чем  он  вынужден  был  обратиться  к  генеральному  директору  с  просьбой  о  заключении  нового  договора  на  указанный  срок.  Данная  ситуация  происходила  в  1993  году  и  обстановка  на  предприятии  на  тот  период  времени  соответствовала  ситуации  в  нашей  стране.

  Велось  конкурсное  производство,  предприятие  стояло,  и  уже  подходила  к  завершению  процедура  банкротства.  Из-за  такой  обстановки  он  получает  отказ  в  продлении  трудового  договора.

  Но  заместитель  генерального  директора  обязуется  пять  лет  работать  без  премиальных  —  квартальных  и  годовых,  без  оплаты  проезда  к  месту  отдыха  и  обратно  (хотя  это  район  Крайнего  Севера),  не  получать  заработную  плату.  В  итоге  они  приходят  к  компромиссу  и  заключают  «Трудовой  договор».

  Договор  содержал  множество  пунктов,  которые  в  большей  мере  ухудшали  положение  работника.  Срок  действия  вновь  заключенного  трудового  договора  подошло  к  концу,  а  данное  предприятие  стало  получать  высокую  прибыль  к  этому  времени,  так  как  заработало  на  полную  мощность.

  Тогда  работник  вспомнил  про  последний  пункт  договора,  который  был  сформулирован  следующим  образом:  «по  окончании  срока  трудового  договора  работодатель  выплачивает  работнику  один  процент  чистой  прибыли  предприятия».

  Так  как  договор  почти  полностью  состоял  из  элементов,  которые  ухудшали  положение  работника,  что  также  является  незаконным,  работодатель  видимо  не  обратил  внимание  на  единственный  пункт,  составленный  заместителем,  который  был  кандидатом  экономических  наук,  в  пользу  работника:  про  1  %  чистой  прибыли  предприятия.

  Естественно  первым  обращением  в  суд  было  со  стороны  работодателя  в  силу  сложившейся  ситуации,  предъявив  иск  о  признании  недействительным  указанного  трудового  договора,  при  этом  ссылаясь  на  нормы  ГК  РФ  [4,  с.  168].  Работник  подал  встречный  иск.  Суд  принял  решение  в  пользу  работодателя,  так  как  данная  сделка  являлась  ничтожной,  согласно  Трудовому  кодексу  РФ,  нормы  которого  запрещают  ухудшение  положения  работника  [5,  с.  3,  с.  9].

Но  сразу  же  возникает  вопрос:  на  каких  основаниях  истец  ссылается  на  нормы  ГК  РФ,  а  не  на  нормы  ТК  РФ?  Ответ  весьма  прост:  потому  что  положения,  позволяющие  признать  трудовой  договор  недействительным  не  содержатся  в  Трудовом  законодательстве  РФ.

  Такой  договор  либо  признаётся  вовсе  незаключенным,  либо  расторгается.  Но  работодателем  не  был  расторгнут  договор  и,  когда  его  срок  закончился,  он  оказался  в  положении,  в  котором  ничего  изменить  уже  нельзя.

  Тогда  возникает  следующий  вопрос:  почему  в  данной  ситуации  суд  поступил  именно  так?  «Ямалтрансгаз»  является  градообразующим  предприятием.  Судья  живёт  и  работает  там  же,  на  Севере.  Решение,  по  понятным  причинам,  было  вынесено  в  пользу  работодателя.

  Данное  дело  дошло  до  Верховного  Суда  РФ  в  1998  г.  и  ему  впервые  пришлось  проанализировать  применение  судами  норм  ГК  РФ  к  трудовым  правоотношениям.

В  описываемой  ситуации  спор  должен  быть  рассмотрен  так,  как  он  урегулирован  трудовым  договором  между  данным  работником  и  работодателем.  Работник  выполнял  свои  обязанности  добросовестно  и  в  полном  объёме,  а  также  на  протяжении  пяти  лет  ни  разу  не  пришел  за  заработной  платой  в  кассу.

  После  вмешательства  Верховного  Суда  РФ  работник  полностью  получил  свои  законные  деньги.  В  приведенном  примере  суд,  отказывая  в  удовлетворении  иска  работника  и  удовлетворяя  иск  о  признании  трудового  договора  недействительным  прежде  всего  нарушает  нормы,  которые  зафиксированы  в  ТК  РФ  [5,  с.  3,  с.

  5]  (ранее  —  в  КЗоТе),  где  указаны  правовые  акты,  с  помощью  которых  регулируются  трудовые  правоотношения.  Но  что  судья  должен  делать  в  такой  ситуации?  Ведь  он  должен  принять  заявление,  а  также  вынести  решение,  несмотря  на  отсутствие  нормы  трудового  права,  которая  регулирует  данные  трудовые  правоотношения.

  Ведь  такого  основания  ст.  134  ГПК  РФ  не  содержит  для  отказа  работнику  в  приёме  заявления.  Противоречия  такого  рода  возникали,  возникают  и  будут  возникать.

  Следовательно,  применение  аналогии  закона,  межотраслевой  аналогии  закона  и  аналогии  права  —  необходимое  юридическое  средство  в  сфере  регулирования  трудовых  правоотношения  в  случае  пробела  в  трудовом  праве  с  целью  поддержания  их  в  состоянии  упорядоченности  и  равновесия.

В  связи  с  чем,  я  считаю  необходимым  дополнить  Общую  часть  ТК  РФ  нормой,  которая  будет  следующего  содержания:  «Если  норма  трудового  права,  регулирующая  трудовые  правоотношения  отсутствует,  то  суд  должен  применить  норму  трудового  права,  которая  регулирует  сходные  трудовые  (аналогия  закона);  а  также  иную  норму,  которая  имеется  в  смежной  отрасли  права  и  регулирует  аналогичные  отношения  (межотраслевая  аналогия  закона);  общие  начала,  принципы  и  смысл  национального  и  международного  права  (аналогия  права).  Аналогия  невозможна  в  случае  отсутствия  пробела  в  трудовом  праве  и  с  целью  ограничения  трудовых  прав  участников  трудовых  отношений»  [1,  с.  23].  Такой  вывод  можно  подтвердить  действующими  ГК  РФ  и  ЖК  РФ,  а  именно  о  ст.  6  ГК  РФ  и  ст.  7  ЖК  РФ,  где  говорится  о  применении,  соответственно,  гражданского  и  жилищного  законодательства  по  аналогии.

Итак,  отвечая  на  вопрос  можно  ли  при  пробеле  в  трудовом  законодательстве  применять  межотраслевую  аналогию  права,  я  придерживаясь  точки  зрения  доктора  юридических  наук  Ершовой  Еленой  Александровны,  считаю,  что:  так  как  законодателем  аналогия  в  ТК  РФ  не  разрешена,  но  и  прямо  не  запрещена,  например,  как  в  ст.  3  УК  РФ:  «Применение  уголовного  закона  по  аналогии  не  допускается»  [6,  п.  2  ст.  3],  для  восполнения  какого-либо  возникшего  при  разрешении  трудовых  споров  пробела  трудового  права  рассмотрение  трудовых  споров  возможно  по  межотраслевой  аналогии  закона,  так  как  это  способствует  регулированию  трудовых  отношений  без  ограничений  трудовых  прав  и  законных  интересов  как  работников,  так  и  работодателей  [1,  с.  23].

Список  литературы:

  1. Ершова  Е.А.  «Гражданское  право  —  источник  трудового  права?»//  В  порядке  обсуждения  —  №  12,  —  2004,  —  стр.  23.
  2. Ершова  Е.А.  Трудовое  право  в  России.  Статус,  2007.  —  231  стр.,  —  стр.  50—51
  3. Горохов  Б.А.  Трудовые  споры.  Чему  не  учат  студентов:  учебно-практическое  пособие.  Москва:  Проспект,  —  2011.  —  144  с.,  —  стр.  22—23,  25,  27.

Источник: https://sibac.info/studconf/hum/xxx/41316

Аналогия между гражданским и трудовым правом и субсидиарное применение гражданских норм к трудовым отношениям (Бахруз Гаибов, диссертант Института Философии, социологии и права Национальной Академии Наук Азербайджана)

Примение аналогии норм в трудовом праве

Взаимодействие гражданского и трудового права не может быть произвольным и должно отражать самобытность последнего — считает диссертант Института Философии, социологии и права Национальной Академии Наук Азербайджана

Аналогия между гражданским и трудовым правом и субсидиарное применение гражданских норм к трудовым отношениям

Взаимодействие гражданского и трудового права не может быть произвольным и должно отражать самобытность последнего — считает диссертант Института Философии, социологии и права Национальной Академии Наук Азербайджана Бахруз Гаибов

Взаимодействие гражданского и трудового права возможно и обусловлено объективно. В то же время трудовое право, не являясь исключительно продуктом социалистической правовой системы, сохранило свою специфику и в условиях рыночных отношений. Следовательно, взаимодействие гражданского и трудового права не может быть произвольным и должно отражать самобытность последнего.

Исходя из изложенного, представляется необходимым выбор аналогии как адекватного варианта и правил такого взаимодействия, что обусловливает необходимость анализа соответствующих теоретических положений.

Можно назвать, по крайней мере, два варианта взаимодействия отраслей права при применении норм одной отрасли к отношениям другой: непосредственное и опосредованное. При непосредственном взаимодействии нормы одной отрасли права применяются к отношениям в силу прямого указания закона.

Такая ситуация имеет место, как было отмечено, при взаимодействии гражданского и семейного права: согласно ст.

4 CK АР к имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством, применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений.

В указанной ситуации проблематично говорить о пробелах в семейном законодательстве в случае, если соответствующие отношения урегулированы законодательством гражданским. В строгом смысле здесь отсутствует самостоятельная отрасль права, существует подотрасль в составе отрасли.

Опосредованное же применение норм одной отрасли права к отношениям другой имеет место тогда, когда нормы эти применяются при пробелах в «отрасли-реципиенте», но распространяются они на эти отношения исключительно в силу решения правоприменительного органа для данного случая, а не непосредственно.

Действующие ТК АР и ГК АР не дают оснований непосредственно применять нормы последнего к трудовым отношениям, следовательно, взаимодействие гражданского и трудового права может и должно быть только опосредованным.

В науке трудового права существует мнение, принципиально отрицающее необходимость применения гражданско-правовых норм к трудовым отношениям. Так, по мнению Л.Я.

Гинцбурга, трудовое право обладает собственным научным и техническим инструментарием, достаточным для решения всех практических вопросов отрасли, поэтому необходимости в содействии гражданского права не возникает (3, с. 63).

Данная точка зрения применительно к конкретной отрасли напоминает позицию сторонников теории логической замкнутости права. Представляется, однако, что нормы права не могут содержать больше, чем изначально в них заложено, в связи с чем бесконечное преодоление пробелов, особенно последующих, невозможно. Р.Ю.

Мамедов пишет, что в трудовых отношениях неприменимы такие категории, как аналогия права и аналогия закона (6, с. 223). Автор не раскрывал аргументации своего утверждения, но его категоричный характер позволяет предположить, что речь идет о любой аналогии, в том числе межотраслевой.

Под пробелом в праве понимается полное или частичное отсутствие нормативных установлений, необходимость которых обусловлена развитием общественных отношений и потребностями практического разрешения дел, основными принципами, политикой, смыслом и содержанием действующего законодательства (3, с. 24). В.В.

Лазарев выделяет две основные разновидности пробелов: полное отсутствие нормативных актов, регулирующих определенную группу общественных отношений, а также неполноту действующих нормативных актов, когда соответствующие отношения в целом урегулированы, но отсутствуют отдельные нормы, и смыслом акта конкретный практический случай не охватывается (5, с. 162).

О пробелах в трудовом праве можно говорить скорее в случае неполноты действующих актов и прежде всего ТК АР. Несмотря на то, что ТК АР принят совсем недавно, пробелы неизбежны, ведь они обусловлены не только первоначальными недостатками законодательства.

Развитие общественных отношений, особенно в периоды их реформирования, отличается свойством высокой динамичности, которому правовая система не всегда адекватна.

Восполнение пробелов законодателем путём внесения изменений и дополнений в нормативно-правовые акты — процесс сложный и длительный.

В то же время решение практических вопросов, в частности, при обращении граждан и юридических лиц с иском в суд, требует оперативности в защите прав и законных интересов участников общественных отношений.

Именно поэтому на правоприменителя возложена миссия по преодолению пробелов в праве, в том числе посредством аналогии. Преодоление же пробела — деятельность правоприменителя, в основном суда, по решению возникшего правового вопроса без создания новой нормы права.

С.С. Алексеев придерживается иной точки зрения и считает, что восполнение пробела возможно не путем правотворчества, а путем использования особых институтов в применении права (1, с. 121).

Поиск средств преодоления пробелов имеет также и формальные основания. Традиционным в гражданско-процессуальном законодательстве является принцип недопустимости отказа в правосудии под предлогом отсутствия или неполноты закона. Действие данного принципа можно проследить и в современном ГПК АР.

Так, статьи 152, 153 ГПК АР предусматривают основания отказа в приеме искового заявления, а также основания его возвращения, отсутствие нормативно-правового акта среди них не предусмотрено. Кроме того, ст.

13 ГПК АР прямо предусматривает, что в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

Под применением норм права по аналогии понимается распространение какой-либо нормы, комплекса норм или определенных правил, сформулированных на основе общих принципов права, на отношения, не предусмотренные конкретной нормой, но сходные с отношениями, регулируемыми применяемой нормой или подпадающие под общие начала права (7, с. 464).

В сфере частного права законодатель прямо предлагает суду решать возникающие вопросы с помощью аналогии закона и аналогии права.

Существует мнение, что и в сфере публичного права, несмотря на провозглашение основополагающего принципа nullum crimen, nulla роепе sine lege, в частности, в общей части уголовного права, а также в уголовно-процессуальном праве аналогия возможна (10, с. 185).

Однако в силу самого характера общественных отношений, возникающих в сфере борьбы с преступностью, метода правового регулирования этих отношений возможность применения аналогии существенно ограничена. Надо полагать, по этой же причине возможность аналогии ограничена и в административном праве.

В советской литературе, говоря о возможности аналогии в различных отраслях права, с учетом отсутствия деления права на публичное и частное использовались иные категории: смежные отрасли, цивильные отрасли. В.В.

Лазарев указывал, что средства преодоления пробелов судами в цивильных отраслях права и в отраслях с криминальными общественными явлениями во многом сходны, разнятся преимущественно масштабы их использования (5, с. 162).

Им сформулирован следующий вывод: «Аналогия разрешена повсюду, где нет специального запрещения и где сам нормодатель не связывает наступление юридических последствий только с конкретным законом» (4, с. 137). Однако данная общая формула не означает неограниченных возможностей аналогии на практике.

В особенности, применительно к трудовому и гражданскому праву. Как указывалось, взаимодействие этих отраслей, именно в силу их самостоятельности, должно подчиняться определенным правилам.

Применительно к взаимодействию гражданского и трудового права в науке часто используется термин «субсидиарное применение» гражданско-правовых норм к трудовым отношениям. В связи с тем, что указанный термин неоднозначен, представляется необходимым в рамках данной работы выяснить, каково его значение и соотношение с аналогией как вариантом взаимодействия трудового и гражданского права.

Традиционно различают два вида аналогии как средства преодоления пробелов в праве: аналогия закона и аналогия права.

Аналогия закона — это применение права, при котором правоприменительный орган распространяет на данные отношения конкретные юридические нормы, регулирующие сходные отношения (8, с. 272).

При этом необходимо учесть, что неурегулированное правом отношение должно нуждаться в правовой регламентации.

Действительно, правом урегулированы далеко не все общественные отношения, связанные с трудом, в связи с чем на правоприменителя возлагается миссия определения «нуждаемости» спорных отношений в таком регулировании. На данном этапе особую значимость приобретают следующие действия.

1. Сопоставление изучаемого общественного отношения со специальными нормами, посвященными сфере отношений, регулируемых данной отраслью права.

При сопоставлении с такой нормой используется толкование, однако в данном случае оно не имеет самостоятельного значения источника формулируемого вывода, а является инструментом установления смысла нормы, посвященной сфере регулируемых данной отраслью права отношений.

Формально толкованию будут подвергнуты ст. 2, 4 и 5 ТК АР в совокупности с иными нормами трудового права.

Необходимость обращения к этим статьям ТК АР обусловлена тем, что они легально определяет круг общественных отношений, входящих в сферу регулирования норм трудового права. На данной стадии правоприменитель выясняет, возможно ли отнесение спорного отношения к трудовым.

Для этого он прибегает к систематическому толкованию вышеназванных статей ТК АР и тех его статей, где раскрыто содержание каждой из регулируемых ТК АР категорий отношений.

2. Толкование норм права как самостоятельный прием определения нуждаемости спорных отношений в правовом регулировании. При этом особую значимость приобретают систематический и телеологический способы толкования.

Анализируются нормы, регулирующие сходные с имеющимся общественным отношением, а также иные нормы отрасли, с точки зрения системы интересующего нас института и отрасли в целом, а также с точки зрения цели норм, что в конечном итоге предоставит исследователю наиболее глубокое представление о сфере регулируемых отраслью общественных отношений.

На данной стадии, во-первых, вытекает вывод о том, что спорное отношение является трудовым, а не гражданско-правовым отношением.

Во-вторых, анализ нормы, регулирующей сходные отношения, позволяет прийти к следующему обоснованному предположению: если соответствующее отношение, сходное со спорным, подлежит правовой регламентации в смежной отрасли, то и спорное отношение подлежит аналогичной регламентации.

Именно это знание в значительной степени предопределит вывод о необходимости правовой регламентации изучаемого общественного отношения, а также возможность применения аналогии закона или аналогии права в рамках именно данной отрасли. Вышеуказанные приёмы, несмотря на определённую специфику, могут быть использованы правоприменителем в совокупности с целью установления соотношения сферы регулируемых отраслью отношений и общественного отношения, необходимость правовой регламентации которого устанавливается.

3. Приём установления «потребностей практики», является, в отличие от вышеуказанных, не собственно юридическим, а, скорее, социальным.

Возникновение спора на практике неизменно ставит перед правоприменителем задачу определить, нуждается ли спорный вопрос в правовом регулировании, и разрешить возникшую ситуацию с учётом принципа недопустимости отказа в правосудии под предлогом отсутствия или неполноты закона.

В реальности «потребности практики» становятся очевидными, когда одно или несколько лиц обращаются к правоприменителю за защитой своих прав.

Именно потребности практики во многих случаях стимулируют правотворческие органы к дополнению действующего законодательства, восполнению имеющихся пробелов.

Список использованной литературы

Аналогия является важным инструментом преодоления пробелов в праве, необходимость применения которого возникает в связи с несовершенством законодательства, причины которого могут быть как объективными, так и субъективными.

д.ю.н. М.Н. Алиев

Summary

The article highlights the analogy between the civil and labour code and general application of the civil code to labour relations.

Больше новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

Источник: https://www.zakon.kz/203321-analogija-mezhdu-grazhdanskim-i.html

Восполнение пробелов в трудовом праве

Примение аналогии норм в трудовом праве

Когда в судебной практике встречается казус, законом не предусмотренный, то суд может под искать такой закон, который предусматривает случай, аналогичный с данным.

Если же такого закона не оказывается, то суд обязан рассмотреть спорный вопрос по духу всего действующего законодательства, на основании общего разума его. То в первом случае, заключает Е.Н.

Трубецкой, -будет иметь место аналогия закона; во втором случае, когда решение постанавливается на основании общего разума всего законодательства, — аналогия права[1].

Таким образом, в юридической теории и в судебной практике восполнение пробелов в праве осуществляется двумя методами:

1). По аналогии закона;

2). По аналогии права.

Использование аналогий закона и права при разрешении гражданских дел в судебном порядке устанавливает п.5 ст. 3 ГПК РК, в соответствии с которой, в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное правоотношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения, а при отсутствии таких норм разрешает спор исходя из общих начал и смысла законодательства[2].

Следовательно, аналогия используется как способ (метод) преодоления пробела в законодательстве путем применения к не урегулированному в конкретной норме спорному отношению нормы права, регулирующей сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таковой — общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

Однако, прежде чем приступать к восполнению пробела, необходимо убедиться в том, что он является действительным, реальным, а не мнимым.

Под аналогией закона, как мы выяснили, понимается распространение на случай, непосредственно в законе не урегулированные, но имеющие юридическое значение правовых норм, предполагающих сходные по своим конститутивным параметрам ситуации.

Для правильного применения аналогии закона, прежде всего, необходимо убедиться в том, что конкретная ситуация, о необходимости правового регулирования которой идет речь, имеет юридическое значение.

Вовторых, следует удостовериться в том, что данный случай не урегулирован каким-либо другим нормативным правовым актом, ибо в противном случае надобность в аналогии отпадает, а применению подлежит соответствующий нормативный правовой акт.

В-третьих, должен наличествовать нормативный правовой акт, предусматривающий аналогичные или сходные случаи.

Вчетвертых, следует учитывать, что решение дела по аналогии невозможно в случаях, когда оно прямо запрещено законом или, когда закон связывает наступление юридических последствий с конкретными нормами права.

Впятых, принятое по аналогии решение должно соответствовать и уж никак не противоречить закону. Вшестых, поиск нормы должен осуществляться первоначально в рамках трудового законодательства и лишь в случае отсутствия таковой — в других отраслях права. В-седьмых, исключительные нормы и изъятия из общих законодательных правил в порядке аналогии могут применяться лишь в случае, когда регулированию подлежат исключительные обстоятельства.

Учитывая предназначение аналогии закона, обоснование возможности применения правовой нормы к тем случаям, на которые она не рассчитана, ее применение нужно отличать от применения результата расширительного толкования норм.

Последний получается в тех случаях, когда результат логического толкования правовой нормы шире результата грамматического толкования.

Он возникает в случаях, когда норма по объему получается меньше, чем это следует из других законодательных актов, материалов судебной практики, иных нормативных источников.

Противоположным аналогии права приемом является заключение по противоположности.

Их противопоставление обусловлено тем, что охват правовой нормой не всех, а только какой-то части однородных отношений, может быть придан различный смысл: во-первых, нормой права не предусмотрены все возможные случаи, так как законодатель предполагал (в крайнем случае, не сомневался) ее распространение на всю ее совокупность; во-вторых, в норме права предусмотрен ограниченный перечень случаев, не подлежащих расширительному толкованию, поскольку к иным случаям должны применяться другие нормы. Очевидно, для диспозитивных трудоправовых норм, общим правилом является распространение на них презумпции аналогии закона и, соответственно, для императивных трудоправовых норм — презумпция заключения по противоположности.

Конечно же, в законодательстве встречаются и более существенные пробелы, когда в нем отсутствует не только прямая, но и аналогичная норма. В такой ситуации приходиться прибегать к аналогии права.

Ее суть состоит в разрешении конкретной ситуации, объективно нуждающейся в правовом регулировании, на основе общих начал и смысла действующего гражданского и трудового законодательства.

В этой связи аналогия права — это процесс распространительного толкования правовой нормы, выведенной из законодательных норм, регламентирующих аналогичные случаи, или же процесс ограничительного толкования принципа права, общей нормы права.

аналогии права. Ее суть состоит в разрешении конкретной ситуации, объективно нуждающейся в правовом регулировании, на основе общих начал и смысла действующего гражданского и трудового законодательства.

В этой связи аналогия права — это процесс распространительного толкования правовой нормы, выведенной из законодательных норм, регламентирующих аналогичные случаи, или же процесс ограничительного толкования принципа права, общей нормы права.

Из двух вышеуказанных способов восполнения пробелов в праве, безусловно, на наш взгляд, предпочтительнее аналогия закона, поскольку при прочих равных обстоятельствах она ближе к воле законодателя, так как закон решает более справедливо, чем человек.

Само же сохранение в трудовом праве института аналогии объясняется тем, что постоянно развивающиеся под влиянием научно-технического прогресса, иных социальных, экономических, культурных факторов трудовые и тесно связанные с ними отношения невозможно ограничить консервативными рамками закона.

Между ними и законом постоянно возобновляется и сохраняется некоторое несоответствие, в границах которого находятся качественно преобразованные отношения, нуждающиеся в правовом регулировании. Поэтому обойтись без института аналогии в трудовом праве невозможно.

Вместе с тем, отдельные российские ученые отрицают применение аналогии закона гражданско-правового характера к трудовым правоотношениям, так как несхожесть правоотношений исключает аналогию[3].

Однако мы полагаем, что на основании п. 1,2,3 ст. 1 ГК РК и ст. 5 ГК РК аналогия закона и права, применяемая в гражданских правоотношениях, вполне может быть распространена на трудовые отношения[4].

Этому способствует современная концепция реформирования трудовых отношений, основанная на широком привлечении гражданско-правовых средств воздействия на отношения, связанные с применением труда работников[5].

Однако возможность применения гражданского законодательства к трудовым отношениям в случаях, когда эти отношения не регулируются трудовым законодательством (п.3 ст. 1 ГК РК), дает основание ученым вести речь о наличии в трудовом праве такого явления, как правовой вакуум[6]. С точки зрения Т.М.

Абайдельдинова, правовой вакуум есть отсутствие правовых принципов и норм, которые должны регламентировать не урегулированные ранее, но нуждающиеся в правовой регламентации общественные отношения.

Как нам думается, с этим мнением нужно согласиться, так как его дальнейшая разработка в нормативно-правовом плане позволит установить приоритет трудового законодательства в области регулирования трудовых отношений, устранит применение аналогии гражданского права и закона к трудовым правоотношениям.

  1. Е.Н. Трубецкой. Энциклопедия права. СПб.:Изд-во «Лань». 1998.-с. 140.
  2. Гражданский процессуальный кодекс Республики Казахстан. — Алматы: Борки, 1999.
  3. Трудовое право России: проблемы теории: Коллективная монография. — Екатеринбург : Издательский дом «Уральская государственная юридическая академия», 2006.-с.243-252.
  4. Гражданский Кодекс Республики Казахстан.- Алматы, 1995.
  5. Концепция реформирования трудовых отношений в Республике Казахстан: Одобрена постановлением Правительства Республики Казахстан от 24 сентября 1998г. №944-//Казахстанская правда. 1998г.8 июля.
  6. Абайдельдинов Т.М. Правовой вакуум в сфере регулирования трудовых отношений.-/Право как мера свободы и ответственности личности: В т.ч. под ред. В.А.Лебедева, д.ю.н., профессора Е.А.Кунц //т.1-М.:Изд. Дом «АНВИК», 2006.-с.49-54.

Фамилия автора: А.Ж. Ергалиева

В статье отражены влияние показатели индекса массы тела, уровня холестерина в крови, а также факторы питания, массы тела, возраст на развитие неинфекционных заболевании

А.Б.ЧУЕНБЕКОВА, Г.Х. ХАСЕНОВА, А.Н. КОЖАХМЕТОВА, Г.А. ТАРАКОВА, М.А.БАКИРОВА, 2015

Источник: https://articlekz.com/article/10014

Применение трудового права

Примение аналогии норм в трудовом праве

В. ЕРШОВВ. Ершов, доктор юридическихнаук, профессор, заслуженный юрист РФ.

Действующий с 1 февраля 2002 г. ТК РФ вызвал унаучных и практических работниковмножество вопросов. В этой связи многиеспециалисты ждали постановления ПленумаВерховного Суда РФ по толкованию наиболееспорных статей ТК РФ. И 17 марта 2004 г.

Пленумпринял Постановление «О применении судамиРоссийской Федерации Трудового кодексаРоссийской Федерации» , в котором естьответы на многие практические итеоретические вопросы. ———————————

Российская газета.2004. 8 апреля.

Прежде всего хотелось быостановиться на проблемах преодолениясудами иерархических коллизий внормативных правовых актах, регулирующихтрудовые отношения. К сожалению,действующий ТК РФ не содержит достаточнополного ответа на этот важнейшийтеоретический и практический вопрос. Так, вст.

5 установлено лишь, что указы ПрезидентаРФ, постановления Правительства РФ,нормативные правовые акты федеральныхорганов исполнительной власти, нормативныеправовые акты субъектов РФ, акты органовместного самоуправления и локальныенормативные акты не должны противоречитьнормативным правовым актам, имеющим болеевысокую юридическую силу.

На практикевсегда возникает вопрос: а если одни актыпротиворечат другим, то как долженпоступать правоприменитель? В ст. 5 естьлишь частичный ответ на этот вопрос: «Вслучае противоречия между настоящимКодексом и иными федеральными законами,содержащими нормы трудового права,применяется настоящий Кодекс». На вопрос,как необходимо поступить в случае другихпротиворечий, ТК не отвечает.

Такимобразом, думается, можно констатировать,что в ТК нет ответа на важнейшие иактуальнейшие теоретические ипрактические вопросы, названные выше. Вслучае пробела в праве правоприменительможет преодолеть его посредством аналогиизакона, межотраслевой аналогии закона илианалогии права. В ст.

12 ГК РФ «Способы защитыгражданских прав», полагаю, в данном случаерегулирующей сходные отношения, в том числеуказан способ защиты, как представляетсяприменимый и в анализируемых проблемах ТК:»…неприменение судами актагосударственного органа или органаместного самоуправления, противоречащегозакону», в каждом конкретном трудовом споре- ad hoc.

При таком теоретическом подходе,на мой взгляд, во-первых, правоприменительдолжен не применять нормативные правовыеакты, регулирующие трудовые отношения, ноне соответствующие нормативным правовымактам, имеющим более высокую юридическуюсилу в каждом конкретном трудовом споре.

Вэтой связи стороны в суде могутанализировать нормативные правовые акты,регулирующие трудовые отношения, с точкизрения их принятия правотворческимиорганами в пределах своей компетенции исоответствия нормативным правовым актам,имеющим более высокую юридическую силу.

Врезультате суду в мотивировочной частирешения будет необходимо исследовать этотправовой вопрос, определиться сходатайствами сторон и применитьнормативный правовой акт, имеющий болеевысокую юридическую силу. Во-вторых,предлагаю дополнить ТК РФ статьей «Способызащиты трудовых прав», в частностиустановив следующий способ защиты:»…

неприменение судом нормативногоправового акта, регулирующего трудовыеотношения, противоречащего нормативнымправовым актам, имеющим более высокуююридическую силу». Еще большетеоретических и практических вопросоввозникает в случае противоречий междунормами международного и национальноготрудового права. В ст.

10 ТК установлено:»Общепризнанные принципы и нормымеждународного права и международныедоговоры Российской Федерации всоответствии с Конституцией РоссийскойФедерации являются составной частьюправовой системы Российской Федерации.

Если международным договором РоссийскойФедерации установлены другие правила, чемпредусмотренные законами и иныминормативными правовыми актами, содержащиминормы трудового права, применяются правиламеждународного договора». В то же времяостаются открытыми как минимум дваважнейших теоретических и практическихвопроса.

Первый: как должен поступатьправоприменитель в случае возможныхколлизий между общепризнанными принципамитрудового права, общепризнанными нормамитрудового права и международнымидоговорами РФ? Второй: имеют липреимущество общепризнанные принципы инормы международного права наднациональными нормативными правовымиактами, регулирующими трудовые отношения? На мой взгляд, для правильного ответанеобходимо обратиться к п. 9 ПостановленияПленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г.,в соответствии с которым, рассматриваятрудовые споры, суду необходимо учитывать,что в силу ч. ч. 1 и 4 ст. 15, ст. 120 КонституцииРФ, ст. 5 ТК РФ, ч. 1 ст. 11 ГПК РФ суд долженразрешать дела на основании Конституции РФ,ТК РФ, общепризнанных принципов и норммеждународного права и международныхдоговоров Российской Федерации, являющихсясоставной частью ее правовой системы. Еслисуд при разрешении трудового спораустановит, что нормативный правовой акт,подлежащий применению, не соответствуетнормативному правовому акту, имеющемубольшую юридическую силу, он принимаетрешение в соответствии с нормативнымправовым актом, имеющим наибольшуююридическую силу. При разрешении трудовыхспоров судам необходимо учитыватьразъяснения Пленума Верховного Суда РФ,данные в Постановлениях от 31 октября 1995 г. N 8″О некоторых вопросах применения судамиКонституции Российской Федерации приосуществлении правосудия» и от 10 октября 2003г. N 5 «О применении судами общей юрисдикцииобщепризнанных принципов и норммеждународного права и международныхдоговоров Российской Федерации». Всоответствии с п. 1 последнегоПостановления в РФ признаются игарантируются права и свободы человека игражданина согласно общепризнаннымпринципам и нормам международного права (ч.1 ст. 17 Конституции РФ). В соответствии с ч. 4ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. 18 Конституции РФ права исвободы человека являются непосредственнодействующими, определяют смысл, содержаниеи применение законов, деятельностьзаконодательной и исполнительной власти,местного самоуправления и обеспечиваютсяправосудием. Весьма показательно, что в п. 1Постановления N 5 в ряду общепризнанныхпринципов международного права выделеныпринципы всеобщего уважения прав человекаи добросовестного выполнениямеждународных обязательств. Вместе стем, на мой взгляд, можно выделить и другиепринципы международного трудового права:равного права на судебную защиту, всеобщегоуважения и соблюдения трудовых прав изащищаемых законом интересов для всех,соблюдения баланса прав и законныхинтересов работника и работодателя. Как представляется, ряд статей ТК с позицииобщепризнанных принципов трудового права,по меньшей мере, являются дискуссионными.Например, согласно ст. 278 помимо оснований,предусмотренных кодексом и инымифедеральными законами, трудовой договор сруководителем организации может быть такжерасторгнут «в связи с принятиемуполномоченным органом юридического лицалибо собственником имущества организации,либо уполномоченным собственником лицом(органом) решения о досрочном прекращениитрудового договора». В этом случае согласност. 279 ТК «при отсутствии виновных действий(бездействия) руководителя емувыплачивается компенсация за досрочноерасторжение с ним трудового договора вразмере, определяемом трудовым договором»,который на практике, как правило, размеркомпенсации не определяет. Вместе с темст. 278 является, на мой взгляд, спорной,во-первых, с позиции систематическоготолкования норм трудового права. Так,согласно буквальному толкованию ст. 192 ТКвсе работники без исключения (в том числеруководитель организации) могут бытьподвергнуты дисциплинарному взысканиюлишь «за совершение дисциплинарногопроступка, то есть неисполнение илиненадлежащее исполнение работником по еговине возложенных на него трудовыхобязанностей.» Статья же 278 предполагаетвозможность досрочного одностороннегорасторжения трудового договора без вины исовершения руководителем дисциплинарногопроступка. Характерно, что ст. 278 ставит знакравенства между руководителямигосударственных и негосударственныхорганизаций. В то же время трудовое праворазвитых правовых государств вполнерезонно трудовые права работниковгосударственных организаций, как правило,защищает в большей степени. Статья 3 ТК РФгарантирует, что «никто не может бытьограничен в трудовых правах и свободах…независимо от… должностного положения…Лица, считающие, что они подверглисьдискриминации в сфере труда, вправеобратиться в органы федеральной инспекциитруда и (или) в суд с заявлением овосстановлении нарушенных прав, возмещенииматериального вреда и компенсацииморального вреда». Не являютсядискриминацией только установлениеразличий, исключений, предпочтений, а такжеограничение прав работников, которыеопределяются «свойственными данному видутруда требованиями, установленнымифедеральным законом, либо обусловленыособой заботой государства о лицах,нуждающихся в повышенной социальной иправовой защите». Отсюда при буквальномтолковании закона законодатель имеет правоограничивать трудовые права работниковлишь в двух случаях, названных выше. Какпредставляется, увольнение руководителейорганизации по п. 2 ст. 278 ТК достаточносложно аргументировать с позиции»требований, свойственных данному видутруда», и совсем невозможно отождествлять с»особой заботой государства о лицах,нуждающихся в повышенной социальной иправовой защите» (ст. 3 ТК). Во-вторых, ст.3 фактически слово в слово воспроизводит ч.ч. 1 и 2 ст. 19 Конституции РФ: «Все равны передзаконом и судом. Государство гарантируетравенство прав и свобод человека игражданина независимо от… должностногоположения». Отсюда возникает вопрос осоответствии п. 2 ст. 278 ТК ч. ч. 1 и 2 ст. 19Конституции РФ. В случае отрицательногоответа на этот вопрос правоприменительдолжен обратиться к ч. 1 ст. 15 Конституции РФ,согласно которой она имеет высшуююридическую силу и прямое действие. Всоответствии с названной и другими нормамиКонституции РФ Верховный Суд в п. 2Постановления Пленума от 31 октября 1995 г.разъяснил: при рассмотрении дел следуетоценивать содержание закона или иногонормативного правового акта и во всехнеобходимых случаях применять КонституциюРФ в качестве акта прямого действия. Суд,разрешая дело, непосредственно применяетКонституцию РФ, в частности, когда придет квыводу, что федеральный или инойнормативный правовой акт находится впротиворечии с соответствующимиположениями Конституции. В-третьих, намой взгляд, п. 2 ст. 278 ТК находится впротиворечии и с общепризнанным принципоммеждународного трудового права, имеющимважнейшее практическое значение, — равногоправа на судебную защиту. Указанный пунктпрактически закрепляет «бесправие»руководителя организации, возможныйбесконтрольный произвол со стороны органови лиц, имеющих право досрочно прекращатьтрудовой договор с руководителеморганизации; лишает суды права защищатьнарушенные трудовые права работника.

Хотелось бы присоединиться к мнению Е.Ершовой, полагающей, что подобщепризнанными принципами международноготрудового права возможно пониматьосновные, исходные правовые положения,основополагающие начала трудового права,вырабатываемые и признаваемыемеждународным сообществом государств,отклонение от которых недопустимо . ———————————

Ершова Е.А.Теоретические и практические вопросыприменения международного и российскоготрудового права // Трудовое право. 2004. N 2. С.26.
Некоторые специалисты в областимеждународного права ставят знак равенствамежду общепризнанными принципами иобщепризнанными нормами международногоправа. Полагаю, такая точка зрения спорна спозиции теории права. Представляется болееаргументированным мнение Е. Ершовой,согласно которому «общепризнанные нормымеждународного трудового права… — этообщеобязательные правила, принимаемые ипризнаваемые международным сообществомгосударств, основанные на общепризнанныхпринципах международного трудового права,которым должны следовать все в подобныхслучаях» . ———————————

Тамже.Среди источников общепризнанных норммеждународного трудового права, вчастности, можно назвать конвенцииМеждународной организации труда,международные пакты о гражданских иполитических правах и об экономических,социальных и культурных правах от 16 декабря1966 г., Всеобщую декларацию прав человека от10 декабря 1948 г., Устав ООН, принятый 26 июня 1945г.

На практике достаточно частовозникает важный вопрос: как соотносятсямежду собой общепризнанные принципымеждународного трудового права,общепризнанные нормы международноготрудового права, международные договорыРоссийской Федерации и российскиенормативные правовые акты, регулирующиетрудовые отношения? Полагаю, теоретическиобоснованную позицию в этом вопросезанимает Е. Ершова: «Систематическоетолкование общепризнанных принципов и норммеждународного трудового права, статьи 103Устава ООН, статей 53, 64 и 71 Венской конвенции»О праве международных договоров», принятой23 мая 1969 года… позволяет сделать следующийвывод: общепризнанные принципы и нормымеждународного трудового права имеютпреимущественную силу (jus cogens — императивнаянорма) над международными договорами инациональными нормативными правовымиактами, регулирующими трудовые отношения;отклонение от общепризнанных принципов инорм международного трудового праванедопустимо, международные договоры инациональные нормативные правовые акты вэтих случаях рассматриваются какнедействительные и не подлежат применению.При таком подходе выстраивается строгаяиерархия международных и национальныхисточников трудового права: общепризнанныйпринцип трудового права, общепризнанныенормы международного трудового права,международный договор, национальныенормативные правовые акты, регулирующиетрудовые отношения. В случае коллизийприоритет имеет источник трудового права,имеющий более высокую юридическую силу». ———————————

Там же. С. 26 -27.
При таком подходе достаточно спорнымипредставляются целый ряд статей ТК РФ. Так,ст. 4 отнесла к принудительному труду, вчастности, нарушение установленных сроковвыплаты заработной платы или выплату ее нев полном размере. В то же время согласно ст. 2Конвенции МОТ N 29 «О принудительном илиобязательном труде» принудительный труд -это труд без согласия работника. В этойсвязи, как представляется, с позицииобщепризнанных норм международноготрудового права достаточно сложно признатьст. 4 ТК соответствующей ст. 2 названнойКонвенции МОТ. Поэтому возник еще одинважнейший теоретический и практическийвопрос: имеет ли право государство в лицеправотворческих органов «расширять»пределы той или иной международнойправовой нормы?

Источник: https://www.lawmix.ru/comm/2880

Гражданская позиция
Добавить комментарий